«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

02.11.2018 7:52 2

«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

Когда-то Ольга Нечаева не хотела иметь детей – придерживалась идеологии чайлдфри и строила карьеру HR-специалиста. Сегодня она мама 7-летней дочки и 5-летнего сына с тяжелым диагнозом – его реабилитацией Ольга решила заниматься сама. В своем блоге Ольга делится успехами сына и рассказывает о своей новой профессии реабилитолога, вдохновляя родителей особых детей.

В ноябре 2011 года Ольга Нечаева была на пятом месяце беременности и злилась на себя и весь мир, что ей «придется родить» ребенка, которого она «заранее не любит».

– Писала всякие гадости своим знакомым, у кого есть дети, или могла сказать им: «Вы в гости приходите, но лучше без детей». А если приходили с детьми, то всячески их сторонилась. Говорила: «Ну что у тебя хорошего с детьми? За что их любишь? Ты сидишь в декрете и тупеешь». В общем, ужас. Вспоминать, конечно, стыдно, но это было.

К тридцатой неделе Ольга прошла все стадии отрицания и принятия – а эта беременность была для нее «как горе» – и пришла к тому, что «ну ладно». Дочка родилась 2 апреля.

– Когда увидела ее… это, это было просто волшебно… Я восхитилась, насколько она была невероятной красоты. Такая клевая, розовенькая. Мы с Димой ждали, что она родится первого апреля и мы будем гоготать всю оставшуюся жизнь, но Эми над нами второй раз пошутила. Слава Богу, что она родилась, и я изменилась, и мы все.

«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

Заведу собачек, кошечек и буду жить прекрасно и счастливо

Ольга всегда была как-то равнодушна к детям. Со взрослыми общаться было интереснее, а дружить больше получалось с мальчиками. Правда, единственная подруга с первого класса – до сих пор самая лучшая. А в детский сад не ходила: первый месяц сидела в группе на стульчике, рыдала. Нянечки тогда сказали: «Забирайте, мы ничего сделать не можем».

Когда Ольге было три года, родители разошлись, мама-бухгалтер и бабушка – замдиректора гастронома №1 – работали посменно, чтобы дочь была дома. Ольга вспоминает, что ей всегда не хватало именно мамы, но мамина любовь перекрывалась необходимостью зарабатывать, а потому – усталостью и срывами.

– Она могла позволить себе сказать, что все проблемы из-за детей, – вспоминает Ольга. – И я чувствовала, что я родилась и у всех жизнь пошла под откос.

«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

Ольга с бабушкой

Видимо, тогда и решила – зачем мне дети. Устрою жизнь, как хочу, заведу собачек, кошечек и буду жить прекрасно и счастливо.

До знакомства с мужем жизнь Ольги, как она признается, была скучной и какой-то неполноценной. Университет тянула с двумя академами, спасало увлечение теннисом. Ветреными вечерами, осенью 2001 года, она сидела в интернет-чате ребят из разных городов. Там и познакомилась с «русским мальчиком из Эстонии».

Дмитрию было 25 лет. Строитель по образованию, он пел в православном хоре, гастролировал по разным странам. В одной из таких поездок ночью под одеялом переписывался с Ольгой, а певчие недовольно говорили: «Ну хватит уже, а». Набор текста на кнопочном телефоне довел даже до мозолей. «Мы болтали, болтали и доболтались до слов: «А давай я тебе позвоню», – улыбается Ольга. – Стали созваниваться, обмениваться фотографиями».

Под Новый год Ольга поехала на два дня в Таллин – знакомиться с Дмитрием лично. «Я чувствовала, что это мое и мне больше ничего не надо». В феврале Дмитрий приехал в Москву и сделал Ольге предложение. «Естественно, «да», – смеется Ольга. – Но тогда семья для меня не ассоциировалась с детьми».

Летом же Дмитрий «бросил все» и переехал в Россию, с Ольгой они сняли квартиру. Дмитрий устроился личным ассистентом директора в представительство металлургической компании, Ольга защитила диплом и устроилась в кадровое агентство. Один раз в месяц покупали сникерс, делили и радовались.

«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

Ольга и Дмитрий

– Мы были совершенно свободны и счастливы. В съемную квартиру без ведома хозяйки через год взяли кота. То есть мы строили вокруг себя семью так, как могли, – вспоминает Ольга. – Дима знал, что я не хочу детей, он просто принимал все. Может, если бы мы родили тогда, сломались бы. Но мне кажется, где-то внутри себя он понимал, что мое нежелание пройдет, и не дергал меня с этим вопросом. Я думаю, его чувства ко мне были сильнее, чем то, какой, как ему кажется, должна быть семья.

Знакомые шутили, что Дмитрий из Эстонии, поэтому спокойный и терпеливый, а он объясняет это так:

– Понимаете, ведь суть – в человеке, который с тобой. Я познакомился с Олей и общался с ней для того, чтобы быть вместе, нам хорошо, и тогда, и сейчас. И у меня тоже сразу щелкнуло – мое.

Да, дети делают семью более полноценной, но они – не причина быть вместе.

Можно, конечно, за уши притянуть, что я православный, смирялся, но, скорее всего, это была просто какая-то мудрость. Наверное, понимал, что в жизни все может складываться по-разному, разберемся по ходу.

Ольга и Дмитрий вместе уже 17 лет. На свадьбу они сделали фруктово-творожный торт в виде монитора и с надписью их первых сообщений друг другу.

«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

Я получала массу удовольствия от ребенка

2011 год начался для Ольги с хорошей новости: ей предложили должность HR-директора в международной компании, а вместе с ней – более высокий уровень жизни. Ольга мечтала: «Вот-вот, скоро начнется новая жизнь, яркая и насыщенная», и готовилась подписать приглашение.

Новая жизнь началась раньше – Нечаевы узнали, что ждут ребенка.

Ольге сложно даются воспоминания о первой реакции «о нет! не хочу» и последующих девяти месяцах – это то прошлое, за которое ей стыдно. Она неоднократно просила прощения у своих знакомых с детьми, которых оскорбляла своим поведением. Простить смогли не все, и Ольга их понимает. Сейчас она думает: это было начало депрессии, и жалеет, что ей даже не пришла мысль сходить к психологу. Но тогда «разбиралась, как могла, сама с собой», а рядом, как теплое одеяло, муж с мамой окружали заботой и словами «Мы будем сидеть с ребенком сами».

– Стала узнавать про роды: включала видео, смотрела из-за угла, представляла себя на их месте, плакала еще больше. Всплывали в памяти рассказы мамы, как она рожала с оскорблениями и унижением. И я жутко боялась.

А беременность, между тем, проходила без проблем. Однажды Нечаевы сделали 3D-УЗИ, разглядывали дочку со всех сторон, выбирали коляски, имя – Мартина, Эмилия или Лина. Ольга рассказывает об этом с улыбкой, и кажется – к тому моменту она если еще не полюбила дочь, то уже точно ждала ее.

В роддоме они были вместе, и Дмитрий, как он шутливо признается, «тоже рожал» – был рядом, держал за руку. А когда дочка родилась, Ольга поняла, что остается в декрете. Каролину-Эмилию в семье зовут просто «Эми».

«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

– Я получала массу удовольствия от ребенка. Он такой чудесный и прикольный! Вступила в сообщество слинго-мам, с Эми катались в слинге по всей Москве. С тех пор дети из слингов уже выросли, но мы с мамами до сих пор дружим.

«Ты знаешь, у нас проблемы» – задумчиво произнесла врач

Ольга была на волне материнства. Читала истории многодетных, захотела как минимум четверых и, может быть, усыновить.

– Когда находишься в тусовке мам, смотришь, как люди выстраивают отношения с детьми, как общаются. И мне стало очень интересно, как родители могут сделать так, чтобы дети, живя вместе, любили друг друга и при этом оставались личностями.

Через год после рождения Эми Ольга сказала мужу, что хочет второго ребенка. Дмитрий тогда удивился: «Погоди немножко, пусть подрастет. Давай сначала с одним разберемся». Но Ольга была бескомпромиссна. «Томми – это уже мой ребенок, мною желаемый и мною вдохновленный», – шутит она.

– Ты знаешь, у нас проблемы, – задумчиво произнесла гинеколог, когда Ольга на 12-й неделе пришла вставать на учет. – У тебя 3-4-я степень дисплазии, то есть предрак. Надо делать прерывание, иначе ты и сама умрешь, и ребенок.

– Какое прерывание? – воскликнула Ольга. – Я первый раз в жизни захотела ребенка! Даже если рак, я доношу, а потом вырежете мне эту матку – Бог с ней.

Поспорили, из кабинета Ольга выскочила в слезах, позвонила мужу. Врачу же Дмитрий сказал: «Вы знаете, сохранить ребенка – это наше решение».

В женскую консультацию по прописке Ольга пришла только на 28-й неделе. На УЗИ был маленький плод. Вспомнив, что про старшую дочь тоже так говорили, успокоилась и Ольга, и врач.

– Как-то так случайно или неслучайно – даже не знаю – пока я носила Томича, почему-то погрузилась в тему инвалидности, – вспоминает Ольга. – Не знаю, как туда меня занесло. Видимо, с рождением старшей дочки я начала читать весь информационный детско-родительский поток. И внутренне готовилась, что даже если ребенок будет с патологией, я все равно его рожу.

Цветущим весенним днем, 11 мая, когда в окно пробивались лучи солнца и играли с молодыми зелеными листочками, у Нечаевых родился сын – Томас-Филипп, Томми, а по-домашнему Томич.

«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

– Когда мне его выложили на живот, первое, что я сказала – почему ты такой маленький? Хотя была уже 42-я неделя. Врачи унесли погреть Томми под лампой, а когда вернули, то сказали: самое плохое, что у него маленькая голова – 30 см, а нужно хотя бы 34.

Но за месяц дома Томми набрал больше одного килограмма и стал похож на обычного младенца. Успокоившись, Нечаевы уехали на дачу.

Волнения вернулись вместе с августом. Томми лежал, внезапно раскидывал ручки и моргал, как будто пугался. Ольга с Димой тогда думали: «Ну может, краем глаза что-то увидел, пугливый ребенок». Когда же сын перестал спать и стал часто кричать, Нечаевы начали возвращаться в «хтонический ужас» и поняли – надо к неврологу.

Из кабинета кандидата наук Зайцева они вышли с диагнозом «эпилепсия». В голове была такая картинка: человек падает и с пеной изо рта бьется в судорогах.

– Муж не рыдал, не бился головой об стену, но в тот день отрицание меня покинуло, и я поняла, что наша жизнь не будет прежней и ребенок наш, скорее всего, тоже.

«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

Мы сидели на полу – Дима вышивал, а я вязала

А дальше начался стандартный путь родителей ребенка с особенностями – бегали по врачам, пытались пропускать мимо ушей «любимые фразы про овоща». У Томми диагностировали лиссэнцефалию, микроцефалию, аномально расположенное сердце, обменные проблемы, сильную гипотрофию – и еще порядка десяти диагнозов. Вечерами Ольга сидела со справочниками по неврологии и генетике, а днем Нечаевы ездили на курсы реабилитации.

– Я вообще как в тумане вспоминаю тот период. Эми просто страшно ревновала нас к сыну, билась в истериках и не спала, я ругалась с Димой, не успевала отслеживать, что с ним происходит. У нас двухкомнатная квартира в хрущевке, и дети спали в разных комнатах, чтобы не будить друг друга. Но все равно просыпались по очереди, как неваляшки, и кто из нас был живее, тот бежал укладывать обратно.

И если вдруг мы уложили всех и у нас выдался час свободного времени, мы с Димой садились на пол на кухне, он вышивал, а я вязала. И параллельно смотрели какой-то сериал и пили чай. Это было в 3-4 утра, другого времени не было, но и не делать это было невозможно. Если сразу шли спать, то нас накрывало ощущение нарастающего дня сурка, а тут хоть какое-то время на себя.

Мама Ольги, кажется, до сих пор не может поверить в диагноз внука. Папа, уже много лет проживающий в Испании, обнадежил, что «дети с особенностями живут в Европе совершенно спокойно, реабилитируйте, насколько получится». Знакомые отнеслись с пониманием и без жалости, но встречались и те, кто давал непрошеные советы типа «к бабке надо было свозить».

«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

Бабушка с внуком

– Мне кажется, был такой день, когда я проснулась и поняла, что все, я приняла ребенка таким, какой он есть, – задумчиво говорит Ольга. – Когда все отплакала, Томми было уже года два.

Я посмотрела на него не как на ребенка, которому нужно 150 обследований и у которого ручка не двигается, а просто как на ребенка, которому ты улыбнулась и он тебе.

Дмитрий же всегда жил по принципу «есть проблема – ну хорошо, будем решать» и как-то постепенно тоже смирился: «Мы всегда называли Томми особенным, а однажды дочка спросила: «А я? я не особенная?» И, наверное, вот тут я понял, что ведь каждый человек – необычный, особенный. Томми – тоже обычный ребенок, просто с ограничениями, которые мы учитываем в нашей жизни. Вот и все».

«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

Я думала, что больше не увижу сына

Перешагнув черту принятия, Ольга поняла – себя надо занять чем-то еще. Вспомнив о своем детском увлечении рисунком – перерисовывании животных и растений из энциклопедии, Ольга записалась на онлайн-курс по скетчингу, и неожиданно для самой себя у нее получилось.

– Думаю, ну ладно, окей. Потом пошла на курс по акварели. Поймала себя на мысли, что, блин, я опять перерисовываю! А осенью Эми предложила нарисовать что-нибудь яркое. И я взяла аквагрим и нарисовала героиню из ее любимого мультика «Труп невесты» Тима Бертона. И мне так понравилось. Полезла на YouTube смотреть разные ролики. И понесла-а-ась.«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

Так началась карьера Ольги как мейкапера: она просила мужа уложить детей спать, а сама шла на кухню. Рисовала, фотографировала и выкладывала в сеть. Потом поклонники творчества уговорили поучаствовать в конкурсе NYX FACE AWARDS 2017. Так Ольга вошла в топ-15 лучших мейкап-влогеров России.

«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

Она вообще любит эксперименты с внешностью. А три года назад впервые сделала татуировку – на правой руке выше от запястья появился цветочек и надпись «Томми герой».

– Я очень осмысленно к ней подходила. Был момент, когда я с Томми прощалась. Он долго болел – ОРВИ, пневмония, очень похудел, была легочная недостаточность, и я в тот момент лежала с температурой под 40. Томми и Дима уехали на скорой, и я думала, что больше не увижу сына. И тогда решила, что мне нужна татуировка с моим ребенком. Выбрала цветочек и надпись. Потому что он мой герой, мальчик, который все преодолевает и держится, как тот самый цветок, душистый горошек – одно из самых стойких растений, которое также сыграло большую роль в развитии генетики. Выбор был символичен.

Он пойдет через силу, но захочет ли потом вообще куда-либо ходить

Под Новый 2017 год Ольга решила учиться на реабилитолога, чтобы самой заниматься с Томми. Это оказалось бы выгодно и по финансам (курс ЛФК в среднем 25 000 рублей, трехдневное обучение BDA – 1000 евро), и по эффективности, так как реабилитироваться надо постоянно, иначе приобретенные навыки не сохранятся.

К тому времени она уже стала активным участником группы в фейсбуке о реабилитации детей, где специалисты помогали родителям выбрать правильную методику. Нечаевы остановились на фельденкрайз-терапии, и как раз открылась двухгодичная программа обучения в Петербурге – туда и поступила Ольга.

– Есть разные задачи, и понятно, что я не смогу дать Томми все. С логопедией и кондуктивной педагогикой будем заниматься со специалистами отдельно, но чуть позже. За год наших занятий Томми научился пить, у него изменилось отношение к тому, как он живет. Раньше я могла его положить на кровать, и он просто лежал, ему не было что-то нужно. Сейчас он осознает себя как человека, который многое хочет. Он начал листать картинки в книжках, может показать кого-то знакомого, например, зайчика, – рассказывает Ольга, и видно, что она довольна.

«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

Как начинающий специалист Ольга работает еще с несколькими детьми, пока в рамках бесплатной практики. Признается, «синдром самозванца еще цветет, но занятия доставляют невероятное удовольствие». В этом году она пошла на переквалификацию на специалиста по адаптивной физкультуре.

– Сейчас меня больше интересует мое профессиональное развитие как человека, который может помогать в первую очередь своему ребенку. Но если я смогу совмещать работу с такими детьми с полноценной помощью Томичу – то, конечно, буду заниматься.

«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

В дискуссии о реабилитации – жесткой или мягкой – Нечаевы однозначно присоединяются ко второму методу. Они не скрывают: реабилитация через силу кажется им дикой, а крики от боли – ненормальными.

– Я считаю, что невозможно реабилитировать ребенка, наплевав на его чувства, его личность, – твердо говорит Ольга. – Это может отразиться на его отношениях с миром. Допустим, он пойдет через силу, но захочет ли он потом вообще куда-либо ходить? Для меня важно, чтобы Томми имел полноценное детство, игрушки, радовался и смеялся – он же ребенок. Многие ради результатов готовы на все, но какой ценой? Сложно это понять, если человек не принял своего ребенка таким, какой он есть. Но он все равно ребенок, которого надо любить и оберегать, хоть и приходится работать с сопутствующими проблемами.

Вообще не от хорошей жизни мы все эти методы выбираем. И у всех разные ситуации. Я живу в Москве, где всегда могу найти специалиста. В регионах просто беда. И у людей там часто нет времени увидеть, что они травмируют ребенка, потому что нужно зарабатывать, выживать.

Ольга переживает, что оправдание насилия в культуре, например, в фильмах, может усугубить отношение общества к людям с инвалидностью: «Здоровые могут сказать, что инвалиды мало старались, чтобы стать нормальными».

– Я пытаюсь рассказывать о методах, которые отвечают моим моральным принципам, и делиться успехами Томми.

«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

Совет отцам, у которых болеют дети: только продолжать любить

Дмитрий, по словам Ольги, раскрылся в отцовстве, они с сыном любят вместе петь: ложатся рядом, Дмитрий напевает мелодию, а Томми, насколько возможно, старается попадать в ноты. Большое хобби Дмитрия – кулинария – теперь получило новых ценителей. Каждое блюдо готовит с детьми. Говорит, что самые счастливые моменты для него сейчас – когда возвращается домой или на дачу, и его встречает Ольга и дети, и Эми кричит: «Папа-папа!»

– У меня нет какого-то совета отцам, у которых болеют дети. Наверное, советовать любить как-то неправильно, но это единственное, что держит людей вместе. Люди расходятся, когда уходит уважение и забота. Поэтому… продолжать любить, стараться слышать человека, тогда будет проще понять, что его волнует и чем можно помочь. Рецепта нет, это не кулинария, надо просто жить, и все.

«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

Эми раньше злилась на младшего брата, сейчас она все так же держит маску нелюбви к нему, но тайком от родителей может поцеловать Томми, первая понимает, что он проснулся, и бежит включать мультики.

– Она проявляет заботу о нем, и я ее всегда поддерживаю в этом, – рассказывает Ольга. – А Томми ее просто обожает, любит больше всех нас. Когда она к нему подходит, он расцветает. Тянет руки, хочет ее обнять, погладить, но не может, ручки не всегда слушаются, и получается, что хватает, Эми, конечно, это не нравится.

«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

Раньше Эми спрашивала папу с мамой: «Почему он не ходит и не говорит?» Тогда Ольга с Дмитрием отвечали: «Сейчас пока не может. Ну вот он такой». Но все-таки Эми сама пришла к мысли, что брат болеет.

Однажды на даче Нечаевы купались в речке и новым друзьям Эми представила брата так: «Это Томми, ему четыре года, правда, он болеет, но он скоро пойдет».

Ольга даже радуется тому, что у Эми уже есть большой опыт общения с детьми с особенностями, поэтому отсутствие у человека, например, конечности или зрения она воспринимает как норму.

– Помню, я одевала Томми в реабилитационном центре, Эми натягивала свои сапожки. А рядом с нами у мамы на руках сидел ребенок. Эми взяла местную игрушку – зайчика и подала ему. И он взял. А его мама так выглядывает и удивленно говорит: «Он вообще первый раз так сделал». А для Эми это было естественное движение.

«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

Сейчас мы не можем поехать в отпуск, но у меня есть смысл во всем

По истории Ольги можно было бы снять кино: чайлдфри, отсутствие какого-либо желания иметь детей, изменение, материнство, ребенок с особенностью и учеба на реабилитолога. Никаких заранее спланированных схем – просто жизнь, непредсказуемая и тем самым интересная.

– Я смеюсь, когда говорят, что люди не меняются. Если они хотят, они могут меняться. Те, кто меня знал давно, тоже не верят, что так бывает, и говорят: «Ты же была такая непримиримая. И сейчас – что это?» Но так случилось, и я рада этому.

А по поводу Томми… я не рассуждаю, дар это или наказание. Ну просто так есть.

Эми такая, он такой. И хорошо, что мы успешно преодолели психологические загоны на тему инвалидности ребенка. И хорошо, что Дима с нами, спасибо ему за это. Он прекрасный отец и муж, лучше, наверное, не найти. Все его отпуска сейчас заточены под мои сессии. Надеюсь, что доучусь и ему станет полегче. Чувствую, что его увлечение кулинарией – это то, что приносит ему истинное удовольствие. И я мечтаю, чтобы когда-нибудь Дима начал двигаться в этом направлении и, может быть, открыл бы пекарню.

«Я писала гадости знакомым с детьми» – как чайлдфри стала детским реабилитологом

Я счастливый человек. У меня двое детей, муж, два кота, собака, друзья и есть силы. И я очень рада, наконец-то у меня есть путь, знаю, куда иду и чем могу помочь своим и чужим детям. Пока у нас не было Эми и Томми, мы плыли по течению. Да, я работала, могла купить себе ну очень дорогие сапоги и на том все радости жизни заканчивались. Сейчас мы не можем поехать в отпуск, но у меня есть смысл во всем, что я делаю. Классно, в общем!

Текст: Надежда Прохорова

Фотографии из архива семьи Нечаевых

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

Скончался наместник Оптиной пустыни архимандрит Венедикт Авиакомпания «ИрАэро» присвоит имена святых своим самолетам Sukhoi Superjet 100 Константинополь отказывается разрывать общение с Русской православной церковью Здание «Союзмультфильма» на месте церкви из картины «Боярыня Морозова» передадут РПЦ уже в этом году Петербургский депутат предлагает приватизировать церковную недвижимость

Православная лента