«Иду причащаться – и что мне это дает?» Правда ли, что мы годами не меняемся

25.04.2019 11:10 2

«Иду причащаться – и что мне это дает?» Правда ли, что мы годами не меняемся

Чистый Четверг – день, преимущественно посвященный воспоминанию Тайной Вечери. В этот день православные люди «пекутся и молвят о мнозе»: и чистоту в душе навести надо успеть – на исповедь сходить, и причаститься непременно, и уборку в доме произвести, и самим в бане помыться, чтоб быть чистыми, и обсудить, будет ли архиерей священникам на службе ноги омывать, и много чего еще… «Иду причащаться – и что мне это дает?» Правда ли, что мы годами не меняемся

Священник Сергий Круглов

Но главное, о чем заставляет задуматься Чистый Четверг лично меня – о Евхаристии, о том, зачем я иду причащаться Тела и Крови Христовых, или, говоря языком современного общества потребления, «что это мне дает».

Из века в век, из поколения в поколение этот вопрос остается для многих одним из самых животрепещущих, таков он и сегодня.

Вот, например, журналист и теолог Дарья Сивашенкова недавно написала в своем блоге в фейсбуке такой пост, вызвавший горячие отклики:

«Снова в ленте старая добрая классическая тема “Для чего нам причастие?”

Вероника Кулакова пишет: “Что меняет в нас Евхаристия? Возрастаем ли мы в любви к людям? Идем ли к больным, заключенным, бродягам? Начинаем ли уважать человеческое достоинство, ценить свою и чужую жизнь, любить окружающую действительность и одновременно пытаться ее преобразовать? А если нет, тогда зачем нам Евхаристия, зачем нам Церковь?”

Ну, поскольку мы уже на самом пороге дней, когда эта тема станет предельно близкой и актуальной, давайте подумаем вот над чем.

А апостолам она нужна была для чего?

Для чего Христос устанавливает это Таинство на Тайной Вечере, подавая ученикам хлеб и вино, Свои Плоть и Кровь? Чего Он этим хотел добиться и чего добился?

Удержать апостолов от греха? Ну… тут полный провал: в ту же ночь один из причастившихся предаст Учителя, а другой отречется, оставшиеся разбегутся, бросив Христа одного на расправу. Ярчайшая, просто ярчайшая иллюстрация для всех, кто полагает, будто причастие способно само по себе уберечь, удержать от греха.

Да что там – даже сил просто не спать и бодрствовать вместе с Ним в Гефсимании причастие апостолам не дало!

Возрастание любви к людям, повышение ценности человеческой жизни? Петр в ту же ночь едва-едва не совершает убийство – ну не ухо же Малху он хотел отхватить, в самом деле, это уж так, рука дрогнула.

Сделать их лучше, чище, добрее? Но мы не видим особого изменения в них до Пятидесятницы.

Любовь к окружающей действительности – ну, э-э-э… не очевидно. Стремление ее преобразить – да, но гораздо, гораздо позже, и связано это не с Евхаристией, а опять же – с Пятидесятницей.

Ну так что, зря Христос на Тайной Вечере подает им Свои Плоть и Кровь или все-таки не зря?»

Так-таки и не меняемся?

Я прочитал этот текст и посмотрел на обозначенную в нем ситуацию двумя парами глаз, двумя человеками, внутри меня находящимися. И один человек немедленно согласился: всё так, годами причащаемся, а сами-то!.. А второй человек сказал: погоди-погоди, притормози с первой реакцией, она у тебя, сам знаешь, обычно бывает верхоглядная, скоропалительная и недобрая… Внимательно послушав этого второго своего человека, имею несколько соображений, видящихся мне важными, и буду рад, если в размышлении над вопросом о Причастии эти соображения пригодятся кому-то еще.

Первое: так-таки и не меняемся? По-моему, уже самый факт того, что я способен задавать себе такие жгучие неравнодушные вопросы о самом себе и о Христе, говорит о существенных переменах во мне. Метания, муки, непокой ума и совести бывают благими симптомами движения, перемены, живого процесса, в чем-то сравнимого с родами. Мертвое, косное и неподвижное – не болит и не меняется, напротив, отсутствие вопросов, безболезненность и статика души часто означают равнодушие человека ко Христу и христианству.

Второе: так ли я прав, обличая самого себя в отсутствии в себе перемен, действительно ли способен верно оценивать и судить себя со стороны? Бог в меня верит, а я в себя – нет?..

В Евангелии от Луки описан случай, когда Христос ответил фарисеям: «Не приидет Царство Божие с соблюдением», в переводе на русский об этом рассказано так: «Фарисеи спросили Иисуса, когда наступит Царство Бога. – Когда наступит Царство Бога, его не увидеть глазами, – ответил Он им. – Не скажут: «Смотри, оно здесь!» или «Вон оно!» Ведь Царство Бога уже среди вас» (Лк. 17, 20-21). Как для меня, инфантильного, мнительного и боязливого, важно вот это «соблюдение»!..

По сути, страстное желание этого «соблюдения» не означает ничего иного, кроме маловерия. Когда на исповедь, например, приходит очередной адепт «соблюдения» и рыдает: «Я годами хожу на исповедь, каюсь в одних и тех же грехах, а нисколько не меняюсь! Как пост настает – так я становлюсь только хуже, и новые грехи появляются!», я вспоминаю слова одного священника: «Ну почему – не меняешься? Меняешься, только незаметно для самого себя. Терпения тебе не хватает, ты хочешь, чтоб прямо в один миг и наглядно всё произошло, а ведь исцеление от болезни – дело долгое и трудное… И то, что новые грехи и страсти в тебе появляются – неправда. Это всё те же старые грехи, никакие не новые, они давно лежат в тебе залежами, просто были засыпаны мусором повседневности, замаскированы. А постом и молитвой ты их разбередил, они стали видны – ну и хорошо, значит, Богу будет удобнее их лечить. Ничего не бойся, только веруй!»

Третье: меня, признаться, коробит утилитарное, инструментальное отношение к таинству Тела и Крови Христовых. Оно ведь не «для» чего-то (индивидуального ли освящения, или достижения счастья, спасения, здоровья, успокоения совести, улучшения нравственности и проч.), не «средство». Причастие – это таинственнейшее, как первое объятие влюбленных, живое и тесное единение с живым Христом, а результат этого единения у разных людей может быть разным, это надо осознавать, ожидать от этого единения только комфортности и приятности, по крайней мере, наивно, рекламный слоган самоудовлетворенности: «Всё правильно сделал!» здесь совсем неуместен.

Там, где во главу угла ставится «средство для», где от Бога требуют гарантий или непременных бонусов за правильное поведение – там нивелируются живые отношения любви, там, собственно, и нужда в Самом Христе постепенно исчезает.

И в отношениях между людьми этот вопрос тоже часто возникает, назревает, нарывает, становится болезненным: мне нужно – что или кто, ты сам – или твое? И каждый решает этот вопрос по-своему, ведь все мы разные…

Но я грешник не твой – а Христов

И еще одно соображение, последнее (в этой записи, но, конечно, не последнее в ряду размышлений и моих, и тех христиан, кто это читает): а что, прямо-таки ВСЕ христиане никак не становятся лучше после Причастия, прямо НИ ОТ КОГО не виден свет Христов? Да бросьте. Ну, от кого-то не виден. А от кого-то – очень даже виден, и я лично видел и вижу таких людей.

Я иногда, бывает, даже в себе вижу этот свет Христов, в последнем из человеков, в ком вообще можно надеяться его увидать. Так что голосу, который начинает обличительно дребезжать то, о чем сказано выше в цитате из поста, я говорю: «Ну и что ты предлагаешь? Не причащаться? Хочешь меня убедить, что, дескать, все равно от Христа и от Причастия толку нет, что как христианин я безнадежен, что зверь во мне главнее и сильнее? Что я грешник, лицемер, хуже атеистов и так далее? С этим последним, кстати, смиренно согласен. Но я грешник, лицемер и хуже атеистов – не твой, а Христов. А посему – да пошел ты куда подальше. А я, пока ноги носят и пока из Церкви не выгнали, пойду Литургию служить и причащаться».

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

Большинство россиян одобряют идею лишения родительских прав сектантов, показал опрос ВЦИОМ Во Франции решил закончить служение священник, ударивший ребенка во время крещения (ВИДЕО) Представитель РПЦ заявил, что сборная России «символически» играла с фашистами в матче ЧМ против Хорватии 64% россиян относят себя к православию и столько же доверяют РПЦ, показал соцопрос Израильтянину разрешили развестись с женой-лентяйкой

Православная лента