«Матильда» не дала мне ни одной эмоции, кроме смеха

12.10.2017 16:13 6

«Матильда» не дала мне ни одной эмоции, кроме смеха

"Я бы назвала Учителя Учеником – за его доброе сознание пятиклассника. Ему так хотелось показать Николая хорошим. " Журналист и писатель Марина Ахмедова посетила закрытый показ фильма "Матильда" и сделала неожиданные выводы. «Матильда» не дала мне ни одной эмоции, кроме смеха

Марина Ахмедова

В своем приветственном слове режиссер Учитель предупредил – в конце фильма титры идут шесть минут, и во время премьеры в Гамбурге никто не посмел встать и уйти в эти шесть минут. «Ух ты, – подумала я, – какое самомнение у человека». И потом в процессе просмотра я больше думала о режиссере, чем о кино.

Я – зритель не привередливый. Мне дайте «Звездные войны», «Пиратов Карибского моря», я буду самозабвенно смотреть. Я смотрела даже много серий турецкого сериала «Великолепный век», и потом в деревнях, изучая быт своих героев, грамотно могла поддержать разговор о великом визире Ибрагиме. Я почти не смотрю фильмы современного искусства – мне они не нравятся, и я испытываю эмоции. В связи с тем, что мне приходится испытывать много эмоций в своей собственной работе, я избегаю дополнительных через кинематограф. Но «Матильда» не дала мне ни одной эмоции, кроме, пожалуй, смеха.

Смех меня разбирал от диалогов героев. Да, с диалогами в российском кинематографе большая беда – в жизни люди обычно так не разговаривают. Смех меня разбирал от всяких мелких эпизодов, происходящих на экране в жизни Николая Романова. Такие могли происходить в индийском кино. Таких не было даже в турецком сериале, который смотрела вся российская провинция. Таких не могло быть в жизни цесаревича. Но такие могли быть в голове режиссера Учителя. Несколько раз за время просмотра менялось мое отношение к режиссеру. К Николаю нет – он в «Матильде» чистый и пустой, как стеклышко. Но вот Учитель, кажется, очень хороший человек, плохой режиссер, и он очень любит Николая Второго.

Я бы назвала Учителя Учеником – за его доброе сознание пятиклассника. Ему так хотелось показать Николая хорошим. Так хотелось дать понять зрителю: если бы Николай мог видеть знаки – падающая во время коронации корона, давка на Ходынке – если бы он выбрал любовь, не было бы июля 1918 года, не было бы расстрелянных его детей и не было бы самих этих детей. Упавшая корона летит и шевелится в кадре, как живое существо, поблескивая красным камушком. Происходит это достаточно долго для того, чтобы зритель мог вобрать в себя знак, понять его, осознать через все грани бьющего в глаза рубина.

Его Николай приезжает в день давки на Ходынку, и там он скорбит. Но реальный Николай в день коронации туда не приезжал. И не факт, что он скорбел. Об этом может знать только сам Николай. Мы – зрители – не имеем права диктовать режиссеру, что ему снимать, он свободен в полете своей творческой фантазии, как его Матильда была свободна, летя в разверзшейся над сценой балетной пачке. Но что это, как не любовь к Николаю в чистом виде?

Любовь Учителя свободна от агрессии и пены на губах активистов. Его любовь – не собственническая, как у Поклонской. Она детская и очень искренняя. И фильм его – очень детский. Он похож на красивые стеклышки, которые дети собирают в шапку, перетряхивают, выкидывают на пол, и вот как они легли, такой и будет картинка. В фильме много блесток, красивых кадров, но сшиты они не в сюжет, а просто сшиты. Красивая Матильда, красивые платья, красивые дома, красивая Ходынка и даже народ красивый, как ряженые. Все это мельтешит перед глазами, смешивается, как стеклышки, и, наверное, производит впечатление на зрителя, мешает ему за блестками разглядеть в фильме лишних героев, которые сюжетно не оправдывают своего присутствия, деталей, которые появляются в начале и не выстреливают в конце.

Конечно, я рада, что пошла смотреть этот фильм. Я бы сходила на него, даже если бы мне пришлось пробираться через кордоны вооруженных активистов. Это было бы делом принципа – мне, гражданке Российской Федерации, никто не имеет права указывать, что смотреть, а что нет. Но есть еще одна причина для моей радости – наконец, паззл в моей голове сложился. Все эти жаркие споры, дискуссии, поджоги, агрессия, конспирологические теории, собравшиеся вокруг фильма, наконец, улеглись в понимание того, а что же все это время происходило.

Теперь мне ясно, что дело было так – государство дает денег на фильм, который слегка видоизменит исторические факты и покажет Николая Второго крепким государственником, человеком, приносящим свое личное счастье в жертву долгу и стране, фильм подправит имидж Николая, заклейменного кровопийцей в советских учебниках истории. Люди по новому посмотрят на царя и на монархический строй. Люди поймут, что монархия – это не так уж и плохо, как убеждали их во времена советского союза. Но тут откуда ни возьмись возникает депутат Поклонская со своим протестом, и, не поняв политической повестки, начинает бороться с фильмом, уверяя, что он кого-то оскорбляет и демонстрирует все формы христианской нелюбви.

Иностранные журналисты, просмотревшие фильм вчера, задавали вопросы – «Почему российский человек, выступая против Матильды, так ждет возвращения цензуры?», «Почему на выступления православных активистов не реагировала власть?». Они ожидали привычного – вот сейчас режиссер выступит против российской власти, против цензуры, предстанет в лучах либерализма и оппозиционности, и это, конечно, поможет ему продвинуть свою картину в Европе, какой бы бездарной она ни была. Но ждали они этого зря. Учитель власть ругать не стал.

Все гораздо сложнее. Кучка маргинальных активистов – это не российское общество. А в лице Поклонской с Учителем борется не власть. Поклонская борется со властью, сама того не ведая, но и она – не оппозиционер. Да, иностранным журналистам будет очень сложно разобраться в хитросплетениях вокруг фильма, ведь все происходит очень по-русски и незапланированно. Но одно точно – наблюдать за возней вокруг фильма было гораздо интереснее, чем смотреть сам фильм.

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

Сотрудников пензенской госкомпании заставляют жертвовать из зарплаты на строительство храма Смотри новинки кино 2017 онлайн Папа Римский позвонил на МКС и спросил у экипажа о месте человека во Вселенной На востоке Москвы подожгли деревянный храм и воскресную школу, возбуждено уголовное дело В традициях русского лубка и детских Библий: в Выборгской епархии напечатали комиксы о том, как вести себя в храме

Православная лента