Однажды мы с дочерью не поделили игрушку

11.10.2017 10:02 0

Однажды мы с дочерью не поделили игрушку

Анна Уткина признается во всеуслышание: многим не приходит в голову, что она может быть чьей-то мамой. Буйные розовые пряди и постоянное желание съесть детский киндер-сюрприз точно не подтверждают ее высокий материнский статус. Мама-подружка — похоже, это навсегда. Но, может, перейти с дочкой “на вы”?

“Мама-подружка”, сказал психолог

Однажды мы с дочерью не поделили игрушку

Анна Уткина. Фото: Анна Данилова

Я и детская коляска – вещи несовместимые. Так кажется. Если в магазине я прошу “игрушку для девочки”, консультант обязательно уточнит – “вам для себя?”. В детском развивающем кружке няня, которая водила туда ребенка, пыталась узнать, как меня приняли на работу с розовыми прядями? Ей родители не разрешали даже ногти красить ярко. Няне и в голову не пришло, что я могу быть чьей-то мамой… Многим не приходит.

У меня абсолютно точно больше футболок с котятами, чем у моих детей. И я так же, как четырехлетняя дочка с нетерпением жду, кто нам попадется в шоколадном яйце с сюрпризом? Однажды мы даже поссорились! Не поделили игрушку. А потом, конечно, помирились и ели вместе мороженое, прячась от бабушки.

“Мама-подружка”, – так назвал меня Очень Дорогой Психолог, к которому я привела Веронику в отчаянии. Она стала капризной! Она меня не слушается!

– Какие у вас были отношения с вашим отцом? – спросил он, прищурившись.

– Хорошие, – ответила я, – мы были лучшими друзьями.

– Вооооот, – Удовлетворенно покачал головой психолог, – ключевое слово “друзья”.

Я вышла окрыленная.

Всё ясно! Дочь не слушается меня, потому что я – не авторитет. Какой же может быть авторитет в драных джинсах?

Разве авторитет предлагает зимой пломбир? Или, может, авторитет, смотрит с тобой под одеялом мультики, когда давно пора спать? Авторитет не покупает эти бесполезные маленькие игрушки, которые без конца теряются! Авторитет – не подружка, и теперь в наших отношения наступит полная идиллия.

Мы не едим эту заморскую гадость!

Никаких жвачек! Никого телевизора! Отбой в восемь вечера! Кадетское училище всегда должно маячить где-то на горизонте.

Мы вышли от психолога и зашли в магазин. Дочка направилась по привычному маршруту – к кассе, где лежат все эти чупа-чупсы, петушки и сердечки на палочке, шоколадки с повышенным содержанием глютена, ластики и наклейки, которые обычно находятся в недрах дивана при генеральной уборке.

Вероника протянула руку к вожделенному шоколадному яичку и спросила: “Купим?”. Я хотела сказать: “Конечно! Это же коллекция с бегемотиками, нам как раз не хватает одного…” – и осеклась. Рядом стояла суровая бабушка с внуком.

– Зачем тебе эта заморская гадость? Вот, лучше наших яблочек у мамы проси! Темочка такую гадость у нас не ест. Правда, Темочка? – Сказала она и поцеловала мальчика в макушку.

– Да, Вероника, положи, – скомандовала я, – пойдем купим яблок.

Я стала не хуже бабушки Темы, который держал в руках чехол для скрипки (я не шучу) и, наверняка, на ней играл! Педагогический успех был на лицо. Вероника не упала на землю с криком “Купи!”, не схватила другую конфету. Она отошла ждать меня у выхода и просто тихо заплакала. Одна. В уголке.

– Ты чего? – Я подбежала к ней с пакетом, – Расстроилась из-за яичка? Ну, хочешь, развивающую игру?

– Ничего не хочу, – сказала она, – Ничего.

И я перешла со своим ребенком на “вы”

И мы пошли домой. Вероника вела себя превосходно. Просто прекрасно. Как никогда! Только не разговаривала со мной.

Всю ночь я ворочалась в постели. Что пошло не так? Я была вполне авторитетной, я сказала “нет” там, где должна была сказать “нет” и даже настояла на своем! Я пошла на кухню и остановилась у зеркала в коридоре. Оттуда на меня смотрела не авторитетная мама, а мама-предатель.

Я вспомнила вдруг, как однажды работала в маленькой фирме. Ее открыл мой знакомый. Мы начинали бизнес с нуля! Вместе делали ошибки. Вместе радовались первым победам! И вот, однажды, он вернулся с какой-то конференции, привез с собой пособие из серии “Как заставить подчиненных работать от зари до зари за тарелку риса” и заявил, что теперь мы вводим систему штрафов, отчетов, устанавливаем в кабинете камеры и вообще переходим на “вы”.

Я перешла со своим ребенком на “вы” в тот день. Я пустила в наш маленький мир чужого человека, который, хоть и хотел как лучше, пришел в нашу комнату в деловых ботинках, забрался под одеяло, где мы читали сказки в свете фонаря с советом немедленно прекратить и взять с полки детскую энциклопедию.

Я была неправильной мамой, но я не была мамой-предателем, по крайней мере!

Помню, я как-то даже выхватила сигарету изо рта мужчины, который вытащил у Вероники соску со словами “Ты слишком большая, отдай дяде”!

Я еле дождалась открытия магазина в тот день и скупила все шоколадные яйца, которые оставались на кассе.

– Давай скорее откроем их! – предложила я дочке, когда та проснулась, – А шоколадки подарим бабушке, она их любит.

(Веронике по прежнему нельзя было есть столько сладкого).

Если вам интересно, нам попались бегемотик с зонтиком, бегемотик-художник, два бегемотика-рабочих и даже балерина! Большая удача, я считаю.

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

Покупка Библии онлайн РПЦ допускает перенос школьных линеек при «консенсусе в обществе» В РПЦ объяснили, почему падают освященные спутники Главный раввин России назвал решение Трампа по Иерусалиму «восстановлением справедливости» Член СПЧ Шевченко пожаловался Путину, что в тюрьмах мусульман насильно кормят свининой и запрещают им молиться

Православная лента