На съемках «Острова» я должен был ложиться в гроб. Три раза из него выскакивал — не выдерживал. Строгая вещь — гроб: лежишь, стеночки узенькие — и ничего больше нет. Даже Евангелия, чтобы почитать. Что собрал в душе, с тем и лежишь. Блатные правильно говорят: в гробу карманов нет. В вечность мы возьмем то, что потрогать нельзя, — то, что уступили, простили, отдали.

08.10.2016 18:07

На съемках «Острова» я должен был ложиться в гроб. Три раза из него выскакивал - не выдерживал. Строгая вещь - гроб: лежишь, стеночки узенькие - и ничего больше нет. Даже Евангелия, чтобы почитать. Что собрал в душе, с тем и лежишь. Блатные правильно говорят: в гробу карманов нет. В вечность мы возьмем то, что потрогать нельзя, - то, что уступили, простили, отдали.

Петр МамоновНа съемках «Острова» я должен был ложиться в гроб. Три раза из него выскакивал - не выдерживал. Строгая вещь - гроб: лежишь, стеночки узенькие - и ничего больше нет. Даже Евангелия, чтобы почитать. Что собрал в душе, с тем и лежишь. Блатные правильно говорят: в гробу карманов нет. В вечность мы возьмем то, что потрогать нельзя, - то, что уступили, простили, отдали.

Православная лента